Письма за осень 1828 и весь 1829 годы.

Этот раздел открывает письмо из Балушева, куда супруги Ралль приехали со старшей дочерью ради освящения не то церкви, не то одного из ее пределов.

Из письма узнаем о производстве в генералы Федора-егерского и о том, что через неделю семейство тронется в обратный путь.
Действительно, следующее письмо, месяц спустя уже из Первитина, откуда Федор Федорович отправился по срочному вызову в Петербург.
Весной Мария Дмитриевна отправляется с детьми Настей и Николаем в Москву показаться доктору Гаазу.

 
№221 Балушево сего 10 сентября 1828 год.

Очень тебя благодарю, Милой Друг Елизавета Федоровна, за твое письмо, которое мы получили на сей почте, понимаю, Душа Моя, радость твою об производстве брата Федора, да сохрани его великой Творец благополучно также как и детей наших. Здесь мы ничего не знаем, только Козловская мне сказывала, что получила известие из Петербурга, что Государь из Одессы отправился 23 августа и в Кюстенджи назначен сбор всей гвардии, куда их разместят, до сей поры по газетам не известно, чтоб была драка решительная. Ах! Друг Милой, Господь да охранит брата и детей.-
Благодарю много Анюту за писания ее, очень рада, что Мамзель, Наташа, она с Васенькою веселились у Ильинского, много обязана Татьяне Александровне, что покровительствовала им, и доброму Александру Александровичу, что их охранял.- Буду их лично благодарить, коли богу угодно, очень скоро, надеюсь что через неделю отправимся. Дожидаемся Антимисов из Тамбова, по несчастью Архиерей говорят ездил по епархии, то замедлилось несколько. Надеюсь однако, что в конце недели привезут, а мы здесь к освящению все приготовим.- Счастлива буду, ежели Господь благословит освятить.- Настенькин кашель все одинаков, не хуже, но и не лучше все одинаково.- Были мы в твои именины у Козловской, где множество было гостей, но мы тот час после обеда уехали ночевать к Волконским, которые бесподобные люди; но я несколько простудилась и от этого сижу дома. Вот все, что могу вам сказать. Марфа Алексеевна у нас тебе кланяется. Обнимаю душевно всех друзей ребятишек моих, будьте Мои Друзья здоровы Бога самого ради и умны. Христос над вами.- Наташа благодарю тебя за приписку, Марфа Алексеевна тебе кланяется, Ралль также, Лиза, тебя обнимает.
Душевно преданная М. РАЛЛЬ.-

(приписки по фр.)

 
№222 Первитино сего 7 ноября (1828)

Ты теперь, Друг Мой Милой, уже в Петербурге и знаешь за чем тебя вызывали, надеюсь, что и мне сообщишь, чего я очень ожидаю. На прошедшей почте получила я от детей два письма, которые к тебе посылаю, также письмо Вильгельмины Федоровны, в нем лежало Сережино одно, также от Андрея, которые тоже посылаю, ибо знаю, что оным и Сестрицам, сделаю удовольствие, верно они давно об нем ничего не знают, одно письмо от Федора Павловича которое тебе теперь не нужно.-
Рекруты выбраны 6 за штраф, а еще 14 очередных, как богу угодно, кажется, что по справедливости, по крайней мере у меня на совести ничего нету. Завтра их всех везут.-
Василий Алексеевич для Корнеевича ничего не сделал, они было нашли двух охотников, за 1200 рублей; но он не поверил деньги и так и теперь опять осталось все обещает только, пишу сегодня опять к нему дабы его умолить, удивляюсь, разве он мне не верит. Признаюсь, Друг Мой, мне иногда весь свет опостылеет, сколько эгоизму и какой сильный мобиль интерес.-
Дети все здоровы и Сестрица также они твои ручки целуют.- От Сони ответу еще не получила на наше предложение. Маменька в Москве живет у Волковых, обедала раз у Сережи, Гриша остановился в трактире, и потом уже переехал в дом, вот все, что я знаю про них никто не пишет.- Бога ради счет Мужиков сюда пришли, которые там деньги платили для рассчету нужно.-
Обними от меня Сестриц твоих. Напомни Шарлоте Федоровне, что хотела приехать к нам на зиму.- Прощай никаких комиссий не хочу дать, а на будущей почте.- Обнимаю, прижимаю тебя к своему сердцу. Твоя МАШКА.-

 
№223 (№3) Первитино сего 11 ноября 1828 года.

Пишу тебе, Друг Милой, в третий раз, теперь завтра ожидаю иметь от тебя известие, с нетерпением оного ожидаю, как ты? Что ты? И если какая надежда? В наших делах, твое беспокойство, пожертвование, чем увенчалось, вознаградилось успехом каким нибудь для будущей пользы детей наших?-
Мне тебе сказать про нас нечего нового. Сестрица я и дети благодаря создателя здоровы, живем все одинаково. Я имела все эти дни самое неприятное занятие, по возвращении управителя, занялись мы с ним несчастным назначением рекрут, 5 только было винных тобою назначено, один из них без пальца, не пойдет, то за очередных надо было приняться, 14 оных выбрали, сколько казалось по совести справедливее, признаюсь, Друг Милой, что это меня сильно расстроило, грустно, больно, помочь не в состоянии, ты можешь оное себе легко представить, и так третьего дни отправились, между тем и подушные отправила, просьбу об мосте в дорожный комитет, и запродать там велела рожь во Ржеве говорят будто дороже, чем в Торжке.-
Еще не возвращались дожидаюсь сегодня, что будет богу угодно, мы расположили с управителем поставить 8 рекрут а там об девятом в Твери хлопотать об том, что палец обрубил, то оного коли можно то отдать.- Одно, что сокрушительно это не большая надежда на здешних сельских старост, как скоро рекрутская отдача кончится, то примусь за то, чтоб оных переменить, слегка управителю говорила, но он отпирается от дурной уборки жита. Кафтырев дурного об нем мнения, я бы говорит советовал вам поискать по надежнее. Хорошо, да где взять, тот немец, которой у тебя был в гостях ныне летом, говорят получил место и большее жалование во Пскове.- Если, Друг Милой, деньги у Аделунга наши есть, то советую тебе отыскать Мадам Лехнер и перед твоим отъездом отдать ей следуемую пенсию к генварю будущего года, не забудь пожалуйста мои салфетки продать, оные деньги для салопа теплого Настеньке, тогда можем с сестрицами посоветовать и если они найдут выгодно, то там меховой салоп и сшить; буде же не продадутся, то нечего и думать об салопе.-
Ели. Федоровна желает то платье, что я просила тебя Настеньке, сшить ей сама, подарит к ее именинам, то она велела тебя просить, чтоб ты посоветовал с сестрами какое они думают лучше, ОРГАНТИНОВОЕ или другое какое, нам кажется белое приличнее ее летам.
Пиши пожалуйста, что стоит бочка вина нынче красного, я думаю, что ежели возможно, то нее худо будет бы купить, а белое теперь еще бочку разольют, да коли дешево достанешь рому или коньяку, хотя бы ведро, Друг Милой! Только не покупай ничего пожалуйста, а напиши ко мне, коли будет возможно, то с деньгами справимся.- Как скоро Господь поможет набрать оброку, то отправлю в Москву для уничтожения взносов.- Не забудь Душа Моя поискать поместить мальчиков в году во всякое ремесло, тебе в оном поможет Звегинцов, пожалуйста оного не упускай из виду, в каретники, в столяры, в колесники, в кузнецы.- А Алешку шорника советую тебе взять с собою, как мы с тобою предполагали.- Прощай, Друг Милой, Душа Моя, сестрица у меня сидит и тебя и сестриц обнимает. Господа офицеры почти всякой день меня не оставляют, и теперь здесь. Прощай. Прижимаю тебя к душе своей.-
Твой друг МАШКА.-

Сей час возвратились. Шестерых поставила, трое еще осталось, что Бог даст, душа ты моя, куда всех жаль и как грустно не поверишь.- Майор тебе велел свидетельствовать свое почтение.- Обнимаю тебя душевно.-

Почтенный Папенька!
Целую ваши ручки, желаю чтобы вы благополучно доехали, и могли бы возвратится благополучно назад окончив хорошо дела ваши. Прошу Бога чтобы он сохранил ваше здоровье и скоро бы возвратил вас к нам.- Мы получили недавно известие от братцев они слава Богу здоровы. Чего и вам желаю. Прощайте, Почтенной Папенька. Целую еще раз ваши ручки. Прошу вашего благословения.
Остаюсь послушная дочь ваша Анюточка.-

Не могу воздержатся, чтобы не сказать вам несколько слов, Почтенный Папенька, желаю знать и ожидаю с нетерпением известия, как вы доехали до Петербурга и здоровы ли вы! Бог дай вам успеха во всех ваших делах, и возврати вас скорей, в недра вашего семейства, которые ожидают вас с большим нетерпением.- Маменька и все мы слава Богу здоровы, братцы ваши ручки целуют, что и я делаю от всей души. Наташа свидетельствует свое почтение. Прося вашего родительского благословения, остаюсь послушная дочь ваша
Анастасия.-

 

№224 Первитино сего 18 ноября 1828 года.

Друг Милой я к тебе от Изъядиновой писала на прошедшей почте, теперь скажу тебе, что возвратилась домой, приехали ко мне Вера и Надежда Дмитриевна на целые 10 дней и теперь здесь, они такие милые, приятные девушки, что с ними очень приятно, они тебе обе кланяются.-
Представь себе, что управитель целую неделю был задержан в Ржеве, здесь было шесть рекрут, вместо того двоих ему сдали опять, одного приняли а другой, которой находился в учении 5 дней назад отдали, итак осталось еще 4 ставить, мы с ним на этой недели, решили в Тверь вести тех же кои там не были приняты, что Бог даст, написала к Жуковскому письмо; говорят, что дело решено об том Мужике, что палец из рекрутства отрубил, чтоб его представить в рекруты. Признаюсь тебе, душевный Друг Мой, что меня уходили они, это мучение да и только.- Не забудь пожалуйста об Семенове сыне узнать у Звегинцова, напиши ко мне тогда, я ему и дам знать.- До сей поры никакого ответу не было от Соненьки. Про Г-на Грамона, не знаю, что эта почта не привезет ли известие, боюсь того, что он откажется, а ты между тем возвратишься домой и тогда в Петербурге некому будет хлопотать. Коли бы возможно поискать Мамзель, которая бы была подешевле и чтоб знала порядочно музыку, какой бы нации ни была, лишь бы хорошо знала музыку, говорит мне Майор, что у Палициной эдакая молоденькая, славная музыкантша и дешевле тысячи рублей получает, и готовит по немецки, и по французски. Может быть ты эдакую дешевенькую можешь найти, а Грамон, коли согласится, то тогда более ни кого не надо и будут оба стоить три тысячи с чем то рублей. Придумай сам, что лучше, ежели мой план не нравится. А коли Грамон да откажется, то надо другого искать;- ибо ты сам не желаешь иметь прежнею Мамзель.- Как то твои делишки идут, с нетерпением жду почты. Не забудь, как поедешь, что Ели. Фед. кибитка у Кюммеля и теплые одеяла, да где ты свою бросил, коли бы не далеко отсюдова, то можно за нею послать.- Напиши.- Это письмо ты получишь в свои именины 28 твое рожденье, обнимаю тебя, Милого Друга, поздравляю.
Господь да сохрани Моего Душку.-
Вся твоя МАШКА.-

Целую ваши ручки Почтенный Папенька, хочу сказать также несколько слов, мы все слава Всевышнего здоровы, и ожидаем с нетерпением вашего возвращения, Великой Творец помоги вам скорее окончить все дела ваши, уповаю на его милосердие.… Вот четвертый день как у нас
В.А. и Н.Д. те барышни, которые жили у Бабушки, нам с ними довольно весело, они к нам приехали на две недели.- Мы еще не не получали писем от братцев. Прощайте Почтенный Папенька, сестра и братья целуют ручки ваши, что и я делаю, от всей души. Тетенька вас обнимает.- Послушная дочь ваша
АНАСТ.-

И я также целую ваши ручки почтенный папенька, прошу Бога чтоб он сохранил бы вас и возвратил благополучно.
Боле ничего не могу вам сказать как только что мы все, Слава Богу, здоровы, Настенька уже вам все сказала.- Прося благословения, остаюсь послушная дочь ваша.-
АНЮТОЧКА.-

Поздравляю вас с днем рождения вашего, желаю всего того, что только может желать вам дочь, любящая вас от всей души, сколь прискорбно, что не можем провести сей счастливый день вместе…..
Тетенька также поздравляет вас прося прося родительского благословения остаюсь послушная дочь ваша Анастасия.- Братцы и барышни вас поздравляют, также и Наташа.-
Позвольте и мне также почтенный папенька поздравить вас с днем вашего ангела, и пожелать вам всего возможного, счастья. С надеждой скоро вас видеть. Я остаюсь послушная ваша РЫЖАЯ.-

 
№225 (Ярополец) 19 мая 4 часа утра (1829)

Мы доехали благополучно до Яропольца, Милой Мой Друг одиннадцатого двадцать минут, благодарю Моего Создателя, я изрядно переношу дорогу, опухоль очень убавилась, я себя гораздо лучше чувствую. Представь мое удивление, просыпаюсь, чтоб ехать, мне говорят, что Софья Ивановна прислала салоп верхом, Настенькин, вышла то Анюточкин, и наш мужик из Городища привез, стало это видно ошибка, велели отослать верно к вам, а человек думаю … велел послать за нами.- Пожалуйста, Друг Милой, вели хину, которая у меня лежит в моей маленькой аптечке развесить Анютке по 40 гран, вот какой знак 88, и дать по три или четыре порошка, кузнецу Дениске, я виновата, что об нем забыла, это меня мучило.- Едем сию минуту. Прощай, Неоцененной Друг, будь на счет моего здоровья, Бог всех докторов лучше, вернее и он меня без помощи и в деревни не оставил.-
Ели. Федоровну обнимаю, прошу, чтоб успокоилась на мой счет, мне право лучше.- Детей всех начиная с Сережи обнимаю.- Грамону, Адольфу кланеюсь. Христос с вами.
Всею душой МАРЬЯ РАЛЛЬ.-

Дорога до Лотошина не хороша, не накатана и сильная была грязь, а тут пошла сухая. Прощай.-

 

№226 Москва 23 мая 1829 года

Милой Друг, спешу тебя успокоить, воображаю, как тебе должно быть грустно по мне и беспокойство как доехала, как здоровье мое? Скажу тебе, Милой друг, что здоровье очень поправилось еще дорогою. Мы благополучно доехали в понедельник в 6 часов после обеда, пристали прямо в Трактир, где мы с тобою приставали прошлого году. Заехав к Маменьке, объявя, что приехала, не успела взойти на лестницу, как Катенька с мужем, а через несколько минут и Маминька со всеми приехала. Я была сильно уставши, за Гассом послала, он рано по утру во вторник явился и тот час решил (меня) остаться здесь воды пить: Терезия брум прежде, Карлсбадские, а потом уже не знаю, а Настеньке — Ямские; велел к тебе оное написать и лошадей отправить. Мне тот час дал микстуру и летучую мазь бок мазать; Маменька за мною прислала, а я своих людей отправила нанять дом; нашли несколько близ вод, но дрянных. Этот день целой провела у Маменьки, где я и спала, лекарства принимала, к вечеру множество гостей собрались, я уехала домой. На другой день, то есть вчерась нашел меня Гасс гораздо лучше, позволил ехать искать дом, и на Маменькиной карете я с Николенькой отправилась. Наняли крошечный домик близ Остоженки, против переулка, где вода, за 90 рублей в месяц, тот час переехали мои люди, а я к Вяземской, которая искупила мои все вещи, которые вам нужно в деревню, а меня домой уже ко мне довезла, а Николенька с Настенькой обедали у Маменьки, с ней ездили в театр, и она уже туда их привезла. Вот все, что я тебе про себя могу сказать. Домик дрянной, но по крайней мере дешев и близ вод. Завтра хочу начать пить. Здоровье мое лучше, надеюсь на милость Божью и помощь Гассову, сей час посылаю ему сказать что переехала.-
Грустно очень, что должна должна здесь проживаться и что всему причина мое здоровье; но нечего делать, дорого очень все заводить, постараюсь как бы по дешевле прожить; Варвара Якимовна проценты одни взяла.-
Посылаю, Мой Друг Милой, реестр, что отправляется, пожалуйста вели все отдать Николаю, и без твоего приказания не выдавать, а сало сам отдай Кириллу для карет, все оное препоручено Егорке, мумия очень дорога наверно славная, то ты вели непременно избить масла из …рицы, теперь можешь красить крышки достаточно.-
Елизавета Федоровна, Друг Милой, не вполне могла твои комиссии выполнить, купила детям фуражки модные, демикотону 12 аршин обоим, Васеньке на куртки и Саше на целое платье по 1 рублю аршин, а деликатон есть, но дорог, не купила по 3 рубля аршин, хорошо и это а особенно в деревне, но ситцу не куплено, ибо все покупал мне Вяземской управитель, а Степаниду Васильевну еще не видала, а сама не в силах в город, при первой оказии пришлю.
Маменька меня всем снабдила, чтоб не покупать, мебелью, чайным прибором, одним словом, настоящая родная.-
Василий Алексеевич сей час здесь был, бедная Орлова-Денисова умерла вчерась, оставила восемь человек детей, мал мала меньше, муж в отчаянии, здесь, Пехтерев обо всем хлопочет, на минуту был, сказал, что деньги получил из Шадска и Кинешмы, взнес за Тверскую в Совет, а Кинишимския еще у него, я эти возьму, чтоб жить, коли бы возможно, чтоб Шадской управитель прислал остальное в Совет очистить.-
Квитанцию еще за Василия Корнеевича не получил, на днях говорит получит, то я и пришлю, теперь никакой более опасности нету, чтоб был Корнеевич покоен.- Новостей никаких здесь нету, столько больных и множество перемерло, вообрази, что Галиани-Свечиной, две дочери молоденьких, злой горячкой, через три дни одна за другой померли, она сама безнадежна.-
Волкова видела, ее нету, сегодня у ней обедаю.- Меня одолели здесь бабы, посылаю тебе записку, которым я дам здесь билеты справься в конторе, одна своего мальчика туда отправляет.-
Прощай Друг Милой жаль мне, что ты все обо мне беспокоен, желала бы тебя скорей собою успокоить, право мне гораздо лучше.- Лизу, Друга Моего, обнимаю, Детей целую, Сережу обнимаю.-
Забыла про Гришу, он для того тебе не писал, что дожидается ответу от Тучкова, он был все сам болен в лихорадке. Желала бы очень, если ты найдешь за нужное приехать, чтоб Анюточку привез, ибо мне 4 недели пить воду, а может и более, и прошу тебя, неоцененной Друг Мой, найди какую оказию прислать настенькино шелковое платье,- она сама к Наташе напишет, мой капот шелковой клетчатой, букли волосяные и два чепца и шляпу парадную; но ежели оказии нету, то ты оставь, не стоит для этого нарочного посылать, тогда пришли еще мне сыру 10 фунтов, масла чухонского, салфетки у Аксиньи которые я продавала, 6 осталось я здесь продам, но только, когда оказия есть.-
Не беспокойся обо мне, толку мало в моем письме, но меня беспрестанно отрывают, мешают писать.- Прощай, Мой Милой Друг, Душа Моя. Христос с тобою и с детьми, жаль мне Сережу.

Маменька обо всем к вам пишет подробно, следовательно мне ничего не остается более как успокоить вас как на счет ее здоровья так и мое. Гасс был но про меня ничего не сказал, мы живем здесь в скромненьком, маленьком, уютненьком домике точно, как будто на Кавказе, и если бы не разлука с вами любезный Папенька, с Тетенькой и с братьями то переносил бы нашу жизнь с большим удовольствием. Тетеньку целую, преданный вам сын НИКОЛАЙ.-
№227 Москва 28 мая (1829) в 10 часов.

Милой, Неоцененной Друг Мой, получила вчерась вечером письмо твое от 22 сего месяца, грустно мне очень, что ты так по мне скучаешь, а и мне признаюсь, что не весело, даром, что я теперь живу в рассеянности, но без тебя, без семьи всей моей у меня радостей более нету; тем более еще, что ничего у тебя приятного нету. Плотина первитинская еще не приведена в порядок, как городецкую испортили, кроме страшного убытку и работы, бездна мученья.-
Самое для тебя важное есть мое здоровье, и так начну с него. Я писала тебе, что велел пить Гасс воды, на другой день моего переезду в дом я отправилась к водам, забыла себя и начала пить Терезия брун самую слабую, четыре стакана, а Настенька еще не начинала. Множество пьют, и из Петербурга, совершенно как в Карльзбаде. И так, сегодня я до шести дошла, действие одинаковое как при тех водах, я себя хорошо чувствую, горло мое зажило, по утру сильно голова болит пока не начнет действовать, что еще мало и поздно делается, устаю очень и лежу до половины первого, потом отправляюсь, гулять или в гости обедать.- Настенька начала третий день, два стакана Терезии-брунь или три, чтоб раз по слабило, а потом Ямские, должна дойти до пяти, сегодня оных три пила. Одно, что у меня голова сильно вертится, думаю, что от большого движения, я живу в большой рассеянности, во все время один раз дома обедала, во первых для сбережению финансов, да и беспрестанно мои меня все не оставляют. Маменька опять широко живет, был два дни назад маленькой бал внизу у Сережи на ее счет. Настенька танцевала, Николенька не поехал. Насилу в два часа вырвалась домой. Она Настеньку и Николеньку всякой день в театр возит и теперь с Катенькою в театре, а я одна дома беседую с тобою, сил нету самой ехать, но не люблю без себя, а отказать жаль.-
Софья и Волков так до меня добры, что страх, у них корь и они с Маменькою не видятся, а у Сони был также род инфлюэнцеи в горле, и теперь никуда еще не выезжает, все головные боли, сегодня в первой гуляла и была у меня, я часто у них бываю, у Кати два дни сряду обедала, он и она берут ванны серные, и собираются скоро уехать в деревню.- Сережена жена грудницею страдает, сегодня я там обедала у Маменьки. А Гриша все в лихорадке, сегодня сильно не здоров, послал за Гассом, он получил письмо от Тучкова, давал мне читать, но ничего нету об работников, не знаю берет или нету?- У Ермолова дочь старшая так слаба, что жалко смотреть, был кашель 5 месяцов а теперь жар изнурительной, да сегодня был он у меня, сказывал. Что и меньшая закашляла очень.- Здесь столько болезней странных и столько померло, что страшно слышать, представь, что Свечина-Галиени схоронила обеих своих дочерей, да и сама за ними отправилась, гнилой горячкою.-
Прощай до завтра, дети возвратились из театру, пора спать.-

29 мая.

Милой друг, горестно мне сегодняшней день быть без тебя и всех своих, встала я рано и пошла к ранней обедни, потом Настенька ко мне пришла, отправились к водам, по шести стаканов отпустили воды, походили и возвратились пеше домой, я легла до первого часу лежала от усталости; но спать не могла, тут Маменька прислала, чтоб я у ней обедала непременно, прислала шляпу, признаться мне б хотелось дома с своими.- Настенька от Ели. Федоровны подарила мне славной Satin-Ture серенькой, благодарю, Милого Друга Лизу, и в отсутствие меня не забывает, истинно скажу, что чувства мои полны вами, за что, Лиза Друг Мой, ты вся в других, твое единое счастье, жить для твоих, и их утешать и показывать свою дружбу.- Настенька мне чепчик сгородила, а Николенька на шляпу вуаль зеленой; горестно очень, что я не с вами. Потом все мои приехали меня поздравить: Соня с детьми; Саша за мною, Шеншина. Другие присылали: Волков, Сталь и Задонской, которой здесь также приехал, много тебе кланяются. А обедать поехала к Маменьки, где Гриша, сильно страдает и Молодая Корсакова, у которой грудница. Настенька отправилась в театр с маменькой, а я истинно не в силах, ибо лучше мне с тобою заняться, поехала к Соне, и у ней пишу к тебе, так ей давеча слово дала.- Волкову говорила, он велел формально письмо написать мне к нему, прописать все неприятности в рассуждении моста и приложить копию с просьбы поданной Губернатору об оном, тогда говорит я могу формально действовать, а по словесному не имею права. Он велел тебе сказать, что во всяком случае, ты к нему прямо пиши, что тебе нужно, а в Твери нет настоящего жандарма, то пришли как можно поскорей мне копию с просьбы и напиши кроме оного на другой бумажке, что найдешь за нужное ему подать в письме формальную просьбу и тогда увидим, как он будет действовать, не знаю, но нельзя более быть дружески, как он со мною.-
Вообрази, что со мною баба сделала головинская солдатка, как скоро я приехала, то явились три, две для пашпортов, а третья солдатка с тем, что у ней невесткин мальчик, то отправить его в деревню. Приводит лет десяти мальчика больного и оставляет у меня, а сама скрылась, насилу ее здесь отыскала. У мальчика начиналась горячка гнилая, был так дурен, что причестили; но посредством помощи лучше ему, теперь сегодня мать пришла из деревни, он из дому Дмитрия Андреева, здесь все по миру таскаются, что делать, говорит, что хлеба нету, лошадь, корова пали. Хотя я очень сердита была, но слава богу, что могла спасти бедного мальчика.- Надо как нибудь сделать, чтоб не таскались с ребятами по миру.- Я мой друг здесь нашла уже Ивана Алексеева, который в годы берет мальчика делать повозки, телеги, всякие экипажи, и обещал найти такого колесника, которой также возьмет, то ты, Друг Милой, выбери мальчиков и приготовь, надеюсь, что и в другие мастерства отыщу, я сама еще не видала Ивана Алексеева, но как с ним кончу, так к тебе напишу, а ты двух отдай к нанятому каретнику, но надежных, может, что Матрены Селивановской сын еще не ушел в Петербург, он желал.

30 мая.

Пришла от вод, Настенька пьет 3 стакана Терезия –брун, да четыре Ямской, а я 7 же Терезии-брун, [я] изрядно себя чувствую, и сегодня хорошо действовало, только устаю. Руки мои стали давать несколько мокроты; бог милостив по крайней мере, чтоб польза была.-
Прощай, друг ты мой Милой, хочется лечь, устала, обнимаю, Друга Милого, Ели. Федоровну; Сережу, куда грустно, что с ним в рознь, но нечего делать.- Анюту обнимаю, Васю, Сашу и Коську, друзья мои не забывайте маму.- Христос над вами.- Николенька — слава богу, дал ему Гасс одну пропорцию порошков, а там Капли Гарммские по два раза в день по пяти капель.- Прижимаю тебя к своему сердцу, все здешние родныя тебе кланяются, все тебя желают видеть.-
Прощай, всей душою твоя МАШКА.-

Вчера в день рождения Маменьки был у нас Задонский; он приказал вам сказать Папенька что он весьма сожалеет, что не может вас видеть и быть у вас, он теперь скоро едет в Петербург и просит чтобы я его не забывал; если письмо это застанет еще брата в деревне то напомните ему не забыть прислать мне Исторические тетради.- Нам здесь очень весело, каждой день бываем в гостях, одна мысль быть в разлуке с вами умеряет наши удовольствия. Поцелуйте от меня Тетеньку, братьев и сестер, скажите им что я часто о них вспоминаю особливо об Анюточке, которой я полагаю очень скучно.-
Ваш любящий сын НИКОЛАЙ.-

(фр-я приписка Анастасии).

 
№228 (Москва) 20 июня 1829 года.

Милой Друг Мой, вчерась не принес ответ фабрикант а теперь, спешу на почту тебе послать, он написал по немецки, прочти увидишь, согласен ли ты будишь, кажется выгодно; но вот, что я переменила, первые два года он нам платит за всех 3 мужчин и двух девок по 25 рублей в год, два года, а другие два года он соглашается по моему платить ему с аршина за работу, менее вольного например вольной 33 а моему 28 и он себя оденет и хозяин его кормит, из платы он заплатит нам оброк а остальное пойдет в дом.- Пожалуйста, душа моя, отвечай с лошадьми коли ты согласен, и тот час выбери 3 мальчика не старее 14 лет, но по здоровее их имена напиши и присылай ко мне, да две девки, одна может быть Осиповская, которая сума сходила, она прездоровая. Я бы успела контракт сделать; теперь на другую фабрику еще отдам.-
Прощай Мой Друг сей час от воды устала до смерти, пожалуйста пиши коли согласен и присылай людей.- Детей и сестрицу целую. Вчерась я писала много теперь некогда. Христос с вами.
Друг твой МАШКА.-

 
№229 Москва 1 июля (1829) 10 час. вечера.

Ну, Друг Милой, я здесь и все еще здесь, когда я бы должна бы быть уже давно в дороге и близко тебя, Друг Души Моей; сума надо сойти с учителями, мучалась, хлопотала, на конец было нашла, казался порядочной и вдруг отказался, когда я полагала, что сегодня с ним кончу; но вить и с Грамоном надо было расплатится, и будущему задатку дать да и здесь расплатится; но Василия Алексеевича не было в городе, был два дни в деревне, сегодня только утром приехал; но денег у него нету, то обещал завтра утром достать. Не знаю, что мне с учителем делать, обещали еще прислать, увижу, узнаю; но решилась более не ждать, эдак недели уйдут.-
Вот тебе господин Петерсон, которого сильно рекомендуют, очень порядочный человек, едет с тем только, чтоб ты его видел и с ним хорошенько переговорил, я с ним никаких кондициев не делала, авось Бог Милостив, что я еще с ним вместе, или вслед за ним буду.-
Прощай, душа души моей. Умираю домой хочу, надоело здесь до смерти, да и жутко здесь, калачом более не заманишь. Обнимаю Лизу, Николу и всех детей. Христос с вами.
Друг твой МАРЬЯ РАЛЛЬ.

 
№230 (с дороги в Москву) четверг 3 числа (1829) после обеда.

Друг Мой Милой, душа Моя, столько неприятностей у нас, что мочи нету. Данилка с Ванюшкой все деньги, что с ними были посланы тысячу триста рублей потеряли, от сильного пьянства, в Едромине оне хватились, пакета с деньгами более нету, видно волокаламские, которые тут были, его пьяного обокрали; доехав до Песочного, узнаем от старицких купцов, что они Николку обогнали, что он в Талицах кормит, то я здесь его дождалась, он приехал сей час; а господин учитель не изволил выехать; и еще надобно ему неделю пробыть в Москве, где у него пашпорта нету, я говорила, что лучше бы со мной кибитка за ним поехала, этой бы беды с нами не случилось; буде воля Создателя моего, я в Москве подам прозьбу на этого купца, которой вместе стоял с Данилкой.- Так как я 45 верст от Москвы, то решилась лучше Николеньку воротить, чтоб Сережу вместе обмундировать, и чтоб лучше в воске покойнее ехать, чтоб в другой раз не ехать обмундировывать, и так останусь столько время, что нужно для Сереженых покупок.- Благодаря Создателя, что Николенька совершенно хорош и здоров, я бы не ожидала, велик Бог Милостью.-
Прощай Душа Моя через неделю на верно будем вместе.- Большая потеря, признатся, что управитель сильно виноват также, что не подвязал Данилке порядочно денег, а всему виноват Г-н учитель, поспешив за собою прислать. Данилка сильно убит горем. Я отправляю Ванюшку и Сашку вещи учителевы сохранить до его приезду в целости, а Мужика за тем до Москвы беру, что пришлю с ним ящик стекол.- Обнимаю детей и сестрицу. Бог с вами; признаться, что жаль очень большая потеря.

Здравствуйте любезный Папенька, я собрался в путь и теперь снова возвращаюсь с Маменькой в деревню.- Прощайте.-

 
№231 Первитино сего 2 декабря 1829 года.

Милой Друг! Посылаю Старосту Церковного Городецкого с другим Коврачинским Мужиком купить для церкви колокол, на церковные деньги; да и кстати увидела большую беду, что забыла тебе положить в пакет счет, тех денег, что ты у Василия Алексеевича оставил; при сем его посылаю также и тот счет, которой я сделала в получение всех денег им, и все должные платежи, ты по оному увидишь, что просрочка не могла быть так велика, как ту, что ты в Совет заплатил, я полагаю, что тебя застанут еще в Москве, жаль, что я вчерась только увидела, что бумаги оные остались здесь, а то бы оне уже у тебя были.-
В газетах вышел указ, какие свидетельства принимать к откупам, стало по оному, надо вновь из Казенной палаты получить, я на сей же почте в четверг, коли найду в твоем ящике свидетельства, то отправлю в Кострому к Антону Осиповичу, в Шадск к Григорию Алексеевичу; но буде они с тобою в ящике, то отправь их из Москвы, а я в след за оным на будущей же почте пошлю к ним доверенность, чтоб время не упустить.- Прошу тебя послать Мишку с этими Мужиками выбрать колокол, а буде ты можешь другого кого найти сведущее, то еще лучше; на пр. Яким или Астафей не имеют ли знакомых в колокольном ряду.-
Прощай Друг Мой Милой, мы Слава богу все здоровы, сохрани тебя Господь небесной и возврати скорее. Сестрицы обе тебя обнимают и все дети просят благословение.- Обнимаю тебя душевно.
Вся твоя М. РАЛЛЬ.-

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *